Последний писк терапевтической моды. Журнал Newsweek. 02-08 августа 2004 г. N 9. Никита Максимов.

Ученые еще только выясняют, какой риск несут в себе эмбриональные стволовые клетки, а их уже вовсю используют коммерческие заведения

"Лицо вам омолаживать, видимо, не стоит, - сообщила врач Марина Нилова, окинув меня оценивающим взглядом. - Лучше повысить тонус всего организма". Я только что заплатил 200 руб. в кассе салона красоты "ЛВ", и теперь мне объясняли, как я могу вернуть себе ощущение молодости всего за 22 200 руб. В течение месяца я должен нанести три визита в салон, где мне будут делать укол, и вскоре я буду свеж и бодр, как в былые годы. Что в шприце? Раствор со стволовыми клетками, полученными из эмбрионов.

Пока ученые пытаются разобраться, в чем секрет и каковы опасности применения стволовых клеток, в России распространяется мода на их использование в косметических целях и просто ради повышения тонуса. Только в Москве такие услуги открыто предлагает десяток клиник, вполне официально получая препараты из государственного учреждения. Еще больше заведений тайком колют своим клиентам субстанции неизвестного происхождения. И хотя чиновники говорят, что эти процедуры незаконны, четкий запрет на них нигде не прописан, и число инъекций растет год от года.

В прейскурантах инъекции стволовых клеток значатся как "органотерапия", у препарата, который производит Екатеринбургский НИИ вирусных инфекций Минздрава, более мудреное название - "Культуры клеток диплоидных человека для заместительной терапии". Его делают только из эмбрионов - то есть так называемого абортивного материала. Поскольку клетки у зародыша наиболее активные, эффект от них гораздо сильнее эффекта от стволовых клеток, изъятых из организма на более поздней стадии его развития - они быстрее обновляют изношенные ткани. И быстро расходятся на рынке. За последний год продажи екатеринбургского НИИ выросли примерно на 30%. "К нам обращается все больше косметических клиник", -говорит руководитель московского филиала института Оксана Полухина. Сколько доз для инъекций делается в год из препарата, который продает ее учреждение, можно оценить только очень приблизительно: в зависимости от пожеланий клиента-нужно ему омоложение кожи лица, или укрепление всего организма, или восстановление зубов - и методики конкретной клиники дозировка может меняться. Один такой восстановительный курс может стоить и несколько тысяч долларов. Но речь идет примерно о 12 000-15 000 инъекций в год. Екатеринбургский институт - обладатель единственного сертификата Минздрава на препарат из стволовых клеток. Но есть еще несколько НИИ, выпускающих подобный продукт без специальных документов. Сколько клеток производят они, Newswеек выяснить не удалось. Как не удалось установить и точного числа клиник, которые клеточную терапию не рекламируют, но заодно предлагают ее своим посетителям. "Таких клиник только в Москве несколько десятков, - утверждает управляющий салоном "ЛВ" Георгий Тимановский. - Своим давним клиентам они по секрету сообщают, какой замечательный, но очень секретный препарат у них есть".

Препарат часто секретен из-за того, что произведен он кустарным способом, утверждают владельцы официальных салонов, предлагающих "органотерапию". Эмбриональные ткани "подпольщики" нелегально приобретают в роддомах и выделяют из них стволовые клетки самым примитивным способом: наиболее изощренные составляющие процесса-центрифуга да химикаты, такую лабораторию можно обустроить всего за несколько тысяч долларов, в то время как современный комплекс стоит примерно $500 000. В кустарных условиях практически невозможно полностью очистить стволовые клетки, а стало быть, конечный препарат может вместо омоложения подарить человеку раковую опухоль или по крайней мере аллергическую реакцию.

Чудо. Чтобы уговорить "НейроВиту" взяться за этого пациента в Москву специально приезжал министр здлавоохранения Румынии. Теперь профессор Брюховецкий (слева) с гордостью показывает фильм, в котором запечатлены первые движения его подопечного.

Член экспертного совета по развитию и внедрению клеточных технологий при Минздраве Андрей Брюховецкий, руководящий частной клиникой "НейроВита", тоже слышал о подпольном производстве. И не только в России, но и в Украине. Оттуда к нему однажды попал пациент, у которого стволовые клетки вызвали тяжелейшее аутоиммунное нарушение, и врачи целый год выводили его из этого состояния. Брюховецкому не раз приходилось наблюдать остановку сердца и тяжелые аллергические реакции - все из-за модной терапии. "Сейчас нельзя ради коммерческой выгоды тиражировать их широкое применение, - предупреждает профессор. - Нельзя "колоть" такие препараты в первой попавшейся клинике, побочные действия еще не до конца исследованы". Да и врачей, квалификация которых позволяет применять этот метод без вреда для здоровья, в России от силы несколько десятков. Это, правда, неофициальная оценка - у Минздрава пока нет системы определения специальных навыков, о которых говорит Брюховецкий.

Правда, в салоне "ЛВ" медики получили сертификат мезотерапевта - врача, который обучен методике введения медикаментов внутрикожным путем в очень малых дозах. Это дает им право вводить препарат. Это не лечение, когда пациента пытаются избавить от конкретного недуга и ведут за ним постоянное наблюдение, а всего лишь косметическая процедура. Каждый день на инъекции в "ЛВ" записываются два-три человека.

Лицензию на собственно лечение при помощи стволовых клеток сейчас собирается получить Вадим Курсенко, врач из санатория "Набережные Челны" в Татарстане. Опыт у него в этой области богатый. По его словам, четыре года назад он впервые провел эксперимент по клеточной терапии - ввел себе клетки и стал прекрасно себя чувствовать. А потом взялся лечить тяжелых больных с переломами черепа, кровоизлияниями в мозг, страдающих "миодистрофией Дюшенна". Говорит, что успешно, но с пациентами связать отказался. Теперь Курсенко свои эксперименты прервал.

Все это не значит, что в России не практикуется квалифицированная клеточная терапия. Во-первых, официально разрешено использовать стволовые клетки, извлеченные из костного мозга, при онкологических заболеваниях.

Именно такие клетки - клетки самих пациентов - применяют в "НейроВите". "С ними тоже можно достичь впечатляющих результатов", - уверяет Брюховецкий. Здесь корреспондент Newsweek собственными глазами наблюдал пациента из Румынии, который после травмы позвоночника и полной потери двигательной активности начал самостоятельно переставлять ноги.

Но мест для таких пациентов в России очень мало - не в последнюю очередь из-за дороговизны лечения. Операции на первых пациентах в "НейроВите" спонсировала обеспеченная женщина из России с травмой спинного мозга. В Англии, где она попыталась прибегнуть к помощи клеточной терапии, лечение стоит по крайней мере $500 000. Но там ее лечить отказались, и тогда она заплатила по $10 000 за шесть клиентов "НейроВиты" и теперь ждет своей очереди.

Вообще-то в России разрешают использовать стволовые клетки не только из костного мозга - при помощи эмбриональных и кровяных клеток тоже можно лечить, но только в ходе клинических опытов. Именно в таком режиме хирург Ренат Акчурин применяет новые технологии.

Но если мест в экспериментах нет, а положение у больного отчаянное, понятно, что он может рискнуть и довериться обладателям "секретных", но чудодейственных препаратов. Если положение не самое ужасное, ученые советуют не спешить за клеточной терапией